(Ответ на статью Ф. Мамадшоева, «Тураджонзода – агент КГБ?»)
Уважаемый редактор газеты «События»!
9 апреля на страницах вашей газеты была напечатана статья Фарруха Мамадшоева под названием «Тураджонзода – агент КГБ?», которая была перепечатана с российского сайта «forum.msk.ru».
После того, как вы опубликовали эту статью, до меня дошла информация, о том, что ее настоящий автор не Фаррух Мамадшоев, а бывший корреспондент газеты «Чароги руз», а ныне сотрудник Исполнительного аппарата президента РТ. Странно, что бывший коллега Дододжона Атоуллоева считает меня его «ближайшим человеком по духу, нраву, морали, мировозрению и порядочности» и «пером и глашатаем». Вспоминается известная таджикская мудрость: «Коза смеялась над бараном, когда тот прыгал через арык».
Мне часто, особенно после 1992 года, приходилось читать и слышать подобную клевету о себе. Это статья продолжение «эпоса». Я к этому привык и никогда не отвечал на подобные публикации. В данном случае, я отвечаю на эту очередную ложь по одной причине: автор оклеветал самого уважаемого человека в моей жизни, моего покойного отца.
Отмечу, что к счастью, пока никто из таджикоязычных газет не напечатал эту статью. По моим данным, несмотря на многочисленные просьбы, редакторы не согласились публиковать статью без подписи настоящего автора. Ваша газета единственная согласилась на этот слив компромата. Может быть потому, что является подконтрольной организаторам этой газетной травли против меня.
Думаю, что это своеобразный «ответ» на мою статью «Алюминиевые сказки», напечатанную в газетах «Фараж» и «Миллат» (№7). Для того чтобы понять суть этого клеветнического материала, призываю уважаемого читателя прочитать мою статью и сделать выводы. А я убежден, что заказчики этой публикации не могли найти достойные ответы на мои доводы, и поэтому с использованием своих больших финансовых возможностей, начали против меня кампанию в прессе. Это видно из цикла статей напечатанных и в другой подконтрольной им газете. Считаю, что этот клеветнический материал подготовлен с указки определенных кругов, особенно тех, которые получают большую прибыль от Талко. По моим данным, они готовят еще две лживые статьи, чтобы «показать» народу моральные стороны моей жизни.
Хочу сразу подчеркнуть, что статья «от и до» основана на сплошной лжи, выдумках автора и его консультантов. Я остановлюсь на наиболее вопиющих клеветнических и необоснованных «фантазиях»:
Ложь №1. Якобы я, ради защиты интересов Узбекистана и России, предложил продать алюминиевую компанию – Талко.
Ответ: Вы меня обвиняете в том, что я защищаю интересы Узбекистана и России. Это очень страшное обвинение.
Я считаю себя истинным патриотом своей Родины и его интересы для меня превыше всего, даже личных интересов. Так я воспитан, так велит моя вера. Осознавая, что мое предложение может не понравится определенным влиятельным кругам, я все таки принял решение говорить об этом публично. Для того чтобы вывести страну, и народ из энергетического кризиса, и чтобы Рогунская ГЭС оставалась только таджикской. Я предложил продать Талко, а на вырученные деньги построить Рогун и избавить народ от зимних мучений, от ограничения электричества. Только настоящий патриот, зная, что подобное предложение может навредить его автору, пойдет на такое. Я настаиваю: все, что я предложил, направлено для защиты интересов нашего народа, нашей страны, его благополучия и улучшения отношений с упомянутыми странами. Это мое мнение. Оно может быть принято, а может, и нет. Решение за компетентными органами.
Ложь №2. Якобы я начал содрудничать с КГБ в 1971 году.
Ответ: В 1971 году я еще был учеником 10 класса, школы №9, Орджоникидзеабадского района, Таджикской ССР.
Ложь №3. Якобы покойный мой отец сотрудничал с КГБ и имел две жены.
Ответ: Мой покойный отец никогда не учился в советской школе. Не мог читать и писать, даже поставить подпись на кириллице. Поэтому, доносов писать в КГБ он просто не мог. Наоборот, всю свою жизнь он находился под сильным давлением этой организации. В последний раз в 1986 году его и моего брата Эшони Нуриддина, за обучение учеников исламской науке и призыв людей в ислам, целую неделю с утра до поздней ночи допрашивали в КГБ. Могу предположить, что консультантами по этой статье выступили Сироджиддинов, который в 80-ые годы был начальником 5-го отдела КГБ Таджикистана и его помощник Рахматов, оба самаркандцы. Упоминаю их, потому что именно эти люди, под различными предлогами оказывали давление на моего отца и всю нашу семью. В статье также упоминается ответственный сотрудник КГБ Таджикистана, который в свое время был против моего избрания Главой духовенства республики. Он и есть «товарищ» Сироджиддинов. Народ Таджикистана знает, что мой покойный отец всегда служил исламу и никогда не был под воздействием советского строя. Он ненавидел эту систему. Поэтому не мог служить КГБ СССР.
У моего покойного отца никогда не было двух жен. Только после смерти моей матери в 1975 году он женился во второй раз.
Ложь №4. Якобы Мири Араб, единственное исламское медресе Советского Союза, служило филиалом школы КГБ, его ученики были «курсантами», и в те времена там учились исключительно агенты органов безопасности.
Ответ: Это низкая ложь о таком святом и знаменитом медресе. Если эту клевету принять за правду, то можно ли считать Хусейнджона Мусозода, имам-хатиба Согдийской области, а также таких известных и уважаемых имам-хатибов, как Мулло Хайдар из Куляба, Мулло Муроджон из Курган-Тюбе, Мулло Хабибуллох из Душанбе и десятков других выпускников этого заведения, теперешних служителей мечетей, «кгбшниками»?
Ложь №5. Якобы сотрудники КГБ мне предложили псевдоним «Максим» и я не соглашаясь принял псевдоним «Абдукаримов». Якобы Абдукарим брат моего отца, безвременно покинувший этот мир, также мечтал быть «курсантом» Мири Араб.
Ответ: У моего покойного отца трое братьев – Мухаммадсалим, Абдулкодир и Абдусамеъ. Слава Аллаху, все живы и здоровы. Халифа Абдулкарим (рахматуллохи алайх) имя моего деда. Он был одним из великих представителей суфийского тариката. Его муриды кроме Ромитского ущелья, также жили в Зерафшанской и Гиссарской долине. Господа клеветники, если бы даже я сотрудничал с КГБ, неужели я выбрал имя такого святого человека «кличкой»? Побойтесь Бога! Кстати, мой покойный дед был жертвой сталинских репрессий и четыре года провел в тюрьмах Сибири в 1928-1932.
Ложь №6. Якобы в 1982 году КГБ меня направил на учебу в Иорданию «для участия в реализации высококвалифицированных мероприятий».
Ответ: Был ли Государственный университет Иордании филиалом школы КГБ СССР? Это нелепое предположение, как говорится, на вашей совести!
В те времена (1980-1982 гг.) я работал в САДУМе (Среднеазиатском духовном управлении мусульман). Весной 1982 года я сопровождал председателя Высшего Шариатского Суда Иордании господина Иброхима Каттона во время его визита в СССР. В течении двух недель мы близко познакомились и однажды он меня спросил, не хочу ли я продолжить учебу в каком-нибудь арабском университете. Естественно, я согласился. Это было моей мечтой. Но я сказал ему, что это зависит не только от меня. Я ему объяснил, что проблему могут решить председатель САДУМа муфтий Бобохонов и председатель Совета по делам религий СССР Куроедов. В аэропорту Шереметьево во время проводов господина Каттона, на мое счастье, приехали и Бобоханов, и Куроедов. Иброхим Каттон во время беседы также коснулся моего вопроса. Он сказал им, что юноша-переводчик очень талантлив и было бы хорошо, если бы он смог продолжить учебу в Государственном университете Иордании. Расходы на учебу он взял на себя. Поскольку эти двое очень уважали Каттона, поэтому согласились. Через месяц я получил приглашение. Но только в ноябре я сумел уехать в Иорданию.
Ложь №7. Якобы после Иордании я работал в управлении САДУМа, в городе Ташкенте.
Ответ: Поле возвращения я не работал в САДУМе. Я был мударрисом – преподавателем предметов хадиса и фикха в Исламском институте имени Имама ал-Бухари города Ташкента. Это еще раз подчеркивает тот факт, что ваши аргументы высосаны из пальца.
Ложь №8. Якобы в книге воспоминаний В. В. Петкеля, бывшего председателя КГБ Таджикистана написано, что я встретился с ним и его заместителем в одной из тайных квартир спецслужб на окраине Душанбе. И якобы его заместитель – таджик разговаривал со мной «тихим, умоляющим и просящим голосом».
Ответ: Очередная ложь, причем, весьма нелепая. Я не знаю, что написал Петкель в своей книге. Первая наша встреча с ним состоялась после февральских событий 1990 года в моем кабинете, в Казиате, а не на «тайной квартире». С ним был бывший генпрокурор республики Михайлин. Также я его встречал на заседаниях Верховного Совета. И если я был их агентом, то как они могли меня «умолять»? Тем более в то время еще существовал Советский Союз и КГБ и прокуратура были всесильными организациями. Где логика?
Ложь №9. Якобы я поддержал нападение Махмуда Худойбердиева в ноябре 1998 года. Этот «факт» сделан на основе высказываний Дододжона Атовуллоева, но приписан мне.
Ответ: На самом деле это утверждение показывает, что его автор является не совсем здоровым человеком. Если так, то надо лечиться. Во-первых, когда произошла эта трагедия, я работал первым вице-премьером в правительстве РТ. Я тогда резко осудил это нападение. В то время вооруженные силы опозиции еще не были расформированы. Сотни наших бойцов из окраин Душанбе и Вахдата заявили, что готовы для защиты Родины пойти на войну, и я это лично передал господину Президенту.
Вы говорите, что Дододжон Атоуллоев является моим «ближайшим человеком по духу, нраву, морали, мировозрению и порядочности». Да, я не отрицаю, что Атоуллоев, особенно в годы изгнания, наряду с десятками журналистов находился в числе наших друзей и соратников. Я до сих пор не осведомлен о его заявлениях по поводу упомянутых событий. Если он сделал такое заявление, то я его резко осуждаю. В последние годы у меня нет никаких контактов с Атоуллоевым. Также не знаю, чем он занимается и как живет. Если можно считать виной, когда-то быть знакомым с Дододжоном Атоуллоевым, то такую вину можно и возложить на всех, когда-то работавших под его руководством в «Чароги руз».
Господа клеветники! Да, я был знаком с тогдашними представителями КГБ. Но не в Бухаре во время учебы в медресе Мири Араб. А осенью 1979 года, когда учился на последнем курсе Исламского института имени Имама ал-Бухари города Ташкента. Его звали Муталлибом (не помню его фамилию). Этот человек был заместителем отдела внешних связей САДУМ и имел кабинет в здании духовного управления. После Апрельской революции в Афганистане большие делегации из 20-30 человек приезжали в Ташкент, а также посещали Бухару с Самаркандом. Так как я мог свободно говорит на настоящем фарси, знал арабскую письменность, меня назначали переводчиком в этих группах. Господин Муталлиб в начале представлял себя заместителем отдела внешних связей САДУМ, потом назвал себя сотрудником КГБ. Это был первый человек из КГБ, который представился мне сотрудником этой организации. Поэтому фамилии, которые вы привели в вашей статье – Тимохин, Аблакулов, Халилов – являются плодом ваших фантазий, таких людей с такими именами я не знаю. Да, я знаю многих людей, которые работали и работают в этой организации и очень многие из них очень порядочные люди, патриоты своей страны. У меня нет никакой ненависти и презрения к этой организации в Таджикистане, потому что она защищает интересы и покой нашего народа. Пожалуйста, не демонизируйте их!
Уважаемый читатель! Как я могу быть агентом России и Узбекистана, когда в 1992 – 93 гг. боевые самолеты этих стран разбомбили мои родные места? От их бомб погибли десятки моих родственников, получили ранения мой отец и сын. Почему тогда они не поддержали правительство Национального примирения, а Народный фронт, который считал меня своим главным врагом?
Уважаемый редактор газеты «События»!
Прошу Вас назвать настоящее имя автора этой статьи, потому что я намерен подать на него в суд. Если вы откажетесь назвать имя, то я сделаю вывод, что эта публикация написана лично Вами, и ответчиком в суде станете именно Вы. Не думайте, что с помощью ваших покровителей сможете избежать ответственности. Иншоаллох, я пройду все судебные инстанции до Верховного суда, и даже обращусь в международные суды.
В конце я прошу Аллаха направить Вас и таких как Вы на праведный путь, чтобы в будущем ради личных интересов и временного «богатства» больше не клеветали на людей.
С уважением Ходжи Акбар Тураджонзода,
член Маджлиси Милли Маджлиси Оли
Республики Таджикистан